Капризы Ангела, или Приказ 1138 - Мирослава Дорофеева

Дима вышел из ванной весь в бисеринках воды, голый торс и полотенце на бедрах открыли красоту тела. Марина опустила ресницы и загадала желание: «Хочу, чтобы он и в душе был таким же красивым». Он не пользовался своей красотой, он сел за стол, не посмотрел на Марину, которая стояла у окна и откровенно его разглядывала. Налил полную рюмку водки, граммов 150, и махнул в рот, аккуратно запрокинув голову назад, зажав пустую рюмку в кулаке, саданул по столу, даже не поморщился и прошипел: «Сука…»

Марина вздрогнула – когда в квартире всего два человека и мужчина говорит «сука», значит, он имеет в виду тебя? «Всё, пропала, или я попала!» – пронеслось в сознании. От этих мыслей или от слова «сука» в груди зашевелился удав и медленно стал зажимать дыхание. Марина шумно втянула воздух.

– Садись… это… как зовут? – Дима осознал, что не один, и вспомнил, что притащил в квартиру проститутку. Затем, чтобы отвлечься. Или развлечься? Он вообще не хотел её пугать, уловил, как трясутся пальчики с сигареткой в руке.

– Марина… – голос предательски дрогнул.

– Сука, не тебе сказал, – Дима оправдывался, понял, что напугал ее и, руководимый народной мудростью: «Чужому человеку легко рассказать всё, не обременяя его и облегчая себя», – начал исповедь.

– Давай выпьем, – тихим голосом предложила Марина.

– Та сука вены вскрыла, как я могу её женой называть? Давай…. Будь…. – Дима отсалютовал стопкой и влил жидкость в рот.

Марина поняла – у этого мента не все сладко да гладко в жизни, так же как у многих, свои заботы, хлопоты и трагедии. С неё, как ветер со скал сдувает песок, слетела скованность, и она «дала», точнее начала пить. Три бутылки водки, принесённые с собой, и одну из холодильника они выпили за пять часов, хотя время не засекали, не охмелев. Разговаривали, оголяя друг другу души, как одержимые, поведали все тайны, все секреты выложили на свет божий. По мере залитой водки становились такими близкими, что казались близнецами, объединёнными бедами, трепавшими их по жизни. В семь утра, пошатываясь, двинулись в спальню с намерением заняться сексом, но, добравшись до постели, уснули с пьяным храпом, едва успев оголится. Часов в пять вечера их разбудила трель звонка.

– Кого принесло… – Дима, недовольно бурча, приподнялся и сонным взглядом наткнулся на красивую голую фигуру, которая в упор смотрела на него. – Ой, ёё, вот это нонсенс, а секс был? – Он потер небритое лицо. – Надо вспомнить, как тебя зовут. – Встал, вспомнил, оглянулся на Марину, понял, что все ей рассказал о своей тягостной жизни и пошёл открывать всё ещё звонящему в дверь кому-то. Этим кем-то оказался друг – напарник Андрей.

– Ты, брат, вижу, загудел! Я догадался в 9:00! На летучке я тебя отмазал. Привезёшь справку из реанимации. Надеюсь, симпатичное знакомство завел? – Андрей стоял, упершись в косяк рукой, и говорил.

– Заходи… – Дима попятился от входной двери, впустил друга и скрылся в ванной. Принимая стимулирующий душ, думал об Алисе.

– Опа, мой брат не один! – Андрей бесстыдно смотрел на Марину, ещё не зная, кто она.

То, что она могла оказаться будущей женой, и ему не нужно распахивать закрытую дверь в спальню, ему и в голову не пришло. Он стоял в мундире, чувствовал себя хозяином жизни и считал себя в праве лезть в личную жизнь Димы.

– Кто тебе милая леди из спальни? – крикнул Андрей, стукнув ладонью в дверь ванной, и пошёл на кухню. Ему было плевать, что о нём подумала незнакомка.

Марина думала, надо было пьяной уносить ноги. Кто расслабился, того и «имеют». Прошлась бы пьяная по ночному городу, может быть, целей осталась, а сейчас, что будет?

– Проститутка! – Подал голос Дима, потом издал звучные выкрики, видимо, обливаясь холодной водой.

– Понимаю, лучше любовь или секс покупать, чем наркоманку реанимировать. – Андрей говорил без укора, было ясно, что они настоящие друзья и честные, без лицемерия в отношениях.

– Кому что бог послал, а мне сегодня – и то и другое. – Стоя в проёме дверей, Дима следил, как голая Марина прошла в ванну с охапкой вещей.

Дима сел за стол и уставился на пустые бутылки, не замечая бардак на кухне. На лице читалась скорбь по поводу вчерашнего ЧП с женой, по поводу беспредельной откровенности с Мариной, и хлобучило похмелье.

– Дим, ты поделишься дамой? – Андрей вцепился глазами в чисто вымытую Марину, с волос которой катились капельки, оставляя мокрый след на кофточке.

Марина догадалась, что в холостяцком жилище, где нет женских вещей, эти двое не впервые делятся дамами. Только не поняла, где живёт жена-наркоманка – Дима ночью говорил о её постоянном присутствии в его жизни. Про притоны говорил, но Марина решила, что его жена их посещает. Кстати, про жену думать глупо, отогнала Марина свои мысли. Глупо оказаться в положении, где её согласия никто не спросит, будет, так как захотят эти двое.

– Не поделюсь! – Дима налил, две стопки. – Марина, похмеляйся, будешь водку? – он похлопал по стулу рядом с собой.

Андрей стоял у окна, его удивило резкое отрицание друга. Марину удивило, то, что её спросили, значит, отношения плавно перекочевали в качественно новые.

– Демон, а может, я присоединюсь к вам, в смысле выпить? – Андрей спросил разрешение, для того чтобы потушить похоть в глазах. Пусть искры в глазах будут от желания выпить, и его не начнут подозревать в похоти.

– Поделиться против сейчас, после меня! – Дима почесал затылок, понимая, что оправдывается и открывает тайну вчерашней несостоятельности. Впервые ему не захотелось делиться с другом.

Дима понял, его что-то неуловимое тянет к Марине. Марина поняла – друзья откровенны, и перестала чувствовать себя агнцем на заклании. Интуиция подсказала, Дима ей увлёкся и не поделится, раз признался другу, что ночь прошла без секса.

– Хороша. красотка, даже ярлык «дорожная» совсем не хочется вешать, похоже жизнь трепет лихо, в отделе я видел-пере видел пачками пропащих. – Андрей говорил, не смущаясь, что Марина не только его видит, но и слышит.

– Её лихо по жизни крутит жизнь, ты брат прав, – отозвался Дима, закусывая вторую выпитую стопку вчерашней колбасой.

– Она что, уйдёт от нас красивых, целенькой? – Андрей снял китель, настраиваясь на весёлый вечер и делая ещё одну попытку уговорить друга поделиться «прелестью».

– Ещё не решил. – Отозвался Дима, думая о вчерашних откровениях, как-то странно, что огромное количество выпитого спиртного не вышибло память, а только обострило чувствительность, посеяв семена борьбы в душе.

Они втроём два часа пили, точнее, Марина и Дима похмелялись, а Андрей пил.

– Андрюх, ты представляешь, как хорошо, что мы вчера до вина не добрались, – рассуждал Дима.

Изрядно захмелевший, он всё ещё не решался тащить Марину в спальню. Андрей нетерпеливо ждал «после меня». Он не мог перебороть в себе человечности, которая нахлынула на него при знакомстве с этой девушкой. Он заметил, что в мыслях не называет ее гулящей.

Андрей и Дима подружились в школе, не один пуд соли съели вместе, в Чечне два сезона отработали, связались крепкой мужской дружбой, как в мудрости: «Мужик сказал, мужик сделал». Дима все делил с Андреем, а Марину не хочет делить. Дима уяснил, реанимация жены камнем повисла в душе, но боль стала утихать, он понимал, что с любопытством разглядывает Марину, силясь уловить её тайну.

Часов в десять вечера, так и не решившись утащить Марину в спальню, Дима внимательно смотрел на Андрея, который, прижав к уху сотовый, слушал, что говорят в трубке. Звонит кто-то из старших офицеров, было написано у Андрея на лице.

– Товарищ капитан, у нас труп, шеф рекомендует нам присоединиться к опергруппе, – озадаченно сказал Андрей.

Дима посмотрел на Марину с сожалением. Осознал, что, если шеф рекомендует, это значит, ему всё равно, что их рабочий день до 20:00, и что ребята пили или уже пьяны. Недовольство чьих-то жён шефу по фене. И вообще шефу много чего по фене. Звание полковника и должность начальника убойного отдела при РОВД городка К. дала ему право иметь много, причем разных «ДО ФЕНИ».

– Опочки, рекомендации шефа не обсуждаются, а выполняются, и по возможности, бегом не спотыкаясь о пороги. – Дима ёрничал, встал, слегка пошатнулся. – Значит, мой прогул сегодня, брат, мы будем вместе с трупом отрабатывать. – Он хлопнул Андрея по плечу и пошёл одеваться, а в душе радовался, есть повод не объясняться с напарником, не делиться Мариной. – Мы подвезём тебя. – Из спальни крикнул Марине, бросая на разобранную постель вешалку с чистым обмундированием.

Марина пришла в восторг, но ликование затаила в глазах, боясь спугнуть. Редкий раз «жрица» покидала клиента, не примерив его мужскую сущность на себе в разных позах. Марина попросила подвезти её туда, где Дима взял её вчера. Помахала охранникам в «Форде» и, поздоровавшись с поплавком, который сегодня представляли Катька и Таня, пошла за угол в «газель». Товарки встретили Марину разностью и странностью женского коллектива, приветствуя, кто с ехидством, кто с завистью, короче, кто чем в силу своего воспитания. Только Юля сдвинулась в угол, освобождая ей место, Марина втиснулась на сиденье.